Группа адвокатов Кириллов, Салмин и Смирнов

Случаи из практики

Адвокаты добились освобождения обвиняемого, опознанного по запаху

#Преступления_против_личности

К 8 годам лишения свободы был осужден житель Москвы, обвиненный в покушении на изнасилование. Потерпевшая опознала мужчину, напавшего на нее, по «голосу и запаху». Защита провела собственное расследование, итоги которого легли в основу апелляционной жалобы. Какие нарушения, допущенные следователем и судьей, послужили основанием для отмены приговора?

Покушение на изнасилование

В мае 2014 года в одном из южных районов Москвы компания немолодых уже людей распивала спиртные напитки. Когда застолье во дворе общежития было в разгаре, к одной из его участниц подошла 14 летняя дочь, Алина и попросила мать пойти домой (было примерно 23.00). Однако компания разошлась около 02.00.

Ночью на Алину было совершено нападение. Как она показала на допросе, они жили на первом этаже общежития, форточки и двери в ее комнате оставались открытыми, она ждала возвращения матери. Проснулась среди ночи от того, что на нее напал мужчина. Его лицо было скрыто шарфом. Алина вырвалась от него, включила свет. Но  нападавший вылез в окно и убежал.

Со слов девочки, нападавший порвал ей шорты. Кроме того, у нее пропал телефон. Она предположила, что его украл этот же мужчина.

После этого соседи помогли дозвониться до отца девочки. На следующий день он вместе с дочерью обратился в полицию. 

Оперативники отреагировали на заявление быстро и «тщательно». Уже через сутки они нашли участников застолья. Несмотря на то, что с самого начала и до конца девочка говорила, что не видела лица нападавшего, а смутно запомнила только рисунок его шарфа, они предъявили ей на опознание Михаила Антонова. Алина опознала Антонова по запаху алкоголя и голосу. Этих показаний хватило, чтобы Антонова сразу же взяли под стражу и предъявили обвинение в совершении покушения на изнасилование несовершеннолетней (ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ).

Позиция и доказательства обвинения

К концу расследования, как, впрочем, и в его начале, в арсенале обвинения были только показания потерпевшей. 

Судебная экспертиза установила, что девочка не подвергалась какому-либо сексуальному насилию, все выводы экспертов-психологов сыграли на руку обвинению, так как никаких признаков склонности к фантазированию и неадекватному восприятию реальности у девочки они не обнаружили. 

Среди доказательств обвинения были также документы, касающиеся шарфа. Какой-то шарф был изъят у Антонова, а позже представлен на осмотр потерпевшей, которая, разумеется, тут же его опознала, как похожий. Впрочем, её показания относительно описания шарфа были настолько расплывчатыми, что вряд ли можно было с уверенностью говорить, что изъят именно тот шарф. Но следствие это не смутило.

Не смутил следователя и тот факт, что назначенная им же дактилоскопическая экспертиза опровергла версию о том, что именно Антонов выпрыгнул из окна комнаты Алины. Отпечатки пальцев с подоконника на месте происшествия Михаилу Антонову не принадлежат.

Следствием также не были приняты во внимание показания родных Антонова о том, что во время совершения преступления он был дома. Как и свидетельства других выпивавших вместе с ним о том, что Антонов дружелюбный и негрубый по характеру человек.

Наконец, странности возникли с пропавшим у девочки телефоном. Следователь выделил эпизод с телефоном в отдельное уголовное дело о краже, но даже не предпринял попыток установить его местонахождение. Поскольку у Антонова найти мобильный не удалось, для него осталось обвинение в попытке изнасилования.

Выводы суда первой инстанции

Из приговора было очевидно, что суд не прислушался ни к одному из доводов обвиняемого и его адвоката, формально подошел к оценке доказательств. Все показания об алиби подсудимого, о недостатках в доказательной базе суд отвергал со ссылкой на противоречия показаниям потерпевшей об опознании Антонова по «голосу и запаху». Кроме того, суд не обратил внимание, что в судебном заседании потерпевшая выразила сомнение, что Антонов именно тот человек, который напал на нее. Суд посчитал это лишь забывчивостью из-за довольно большого промежутка времени, прошедшего с момента событий. 

Антонов был лишен свободы на 8 лет. 

Адвокатское расследование

Чтобы разобраться в ситуации и аргументировано составить апелляционную жалобу, адвокат Алексей Салмин провел собственное расследование.  

Он смог посетить и сфотографировать комнату Алины. Из ее первичных показаний следовало, что нападавший навалился на нее сверху, а затем пытался снять с нее шорты сзади. Однако комната в общежитии была настолько тесной, что сделать это без того, чтобы не оставить каких-либо следов борьбы или частиц одежды, было невозможно. Фотографии этой комнаты были приложены к апелляционной жалобе, в которой адвокаты указали, что «использование современных методов исследования позволяет с высокой точностью обнаруживать следы преступления на месте происшествия… Например, РФЦСЭ при Минюсте России имеет возможность проводить криминалистическую экспертизу объектов волокнистой природы, с помощью которой может быть установлен факт контактного взаимодействия двух комплектов одежды, что позволило бы установить причастность того или иного лица к совершенному преступлению».

«Липовые» понятые

Далее адвокат Алексей Салмин смог найти и опросить понятых, которые якобы участвовали в ходе выемки личных вещей Антонова. Опрос одного из них был проведен письменно и он четко ответил адвокату, что «в данном следственном действии не принимал участие, а подпись в протоколе не его». Аналогичные пояснения дал и второй понятой, но отказался подтвердить это публично.

Проблемы с голосом и запахом

Основные доводы адвокатов о несуразности обвинения касались ключевого доказательства — опознания по голосу и запаху. В апелляционной жалобе адвокаты отметили, что «судом оставлено без надлежащей правовой оценки то обстоятельство, что голос человека, когда он говорит, прикрываясь шарфом, отличен от голоса того же человека, не прикрытого шарфом». 

У защиты возникли сомнения и относительно достоверности показаний семиклассницы. Слова девочки в протоколах содержали обороты и термины, которые ребенок в 14-летнем возрасте вряд ли может понять. Чего стоило хотя бы выражение об опознании Антонова «по голосовым модуляциям». 

Также адвокаты отметили, что «следователь избавил себя от обязанности уточнить у потерпевшей, чем голос Антонова отличается от голоса других мужчин, чем запах алкоголя, исходившего от нападавшего на нее человека, отличается от запаха алкоголя любого другого человека».

Пропавший телефон

Защитники не оставили без внимания отсутствие расследования уголовного дела о краже телефона. Почему «ни органами предварительного расследования, ни судом не проведен комплекс мероприятий по похищенному сотовому телефону, направленный на сбор информации об использовании телекоммуникационных услуг, так называемый биллинг»?

Незаконный свидетель

Дабы указать среди прочего на процессуальные нарушения, допущенные судом, адвокаты отметили, что по уголовному делу в качестве представителя потерпевшего был допущен отец девочки. Однако в нарушение ст. 72 УПК РФ законный представитель не был подвергнут отводу, поскольку был допрошен по процедуре допроса свидетеля, в том числе и в суде. Таким образом, «участие лица в производстве по уголовному делу в качестве свидетеля исключает его последующее участие в данном уголовном деле в качестве законного представителя потерпевшего».

 

Отмена приговора

Апелляционная коллегия не только внимательно ознакомилась с жалобой, но и выслушала в судебном заседании дополнительные аргументы.

Примечательно, что против оставления приговора в силе возражал и прокурор.  Приговор был отменен, а дело возвращено прокурору. Апелляция освободила обвиняемого из-под стражи в зале суда и не стала избирать ему какую-либо меру пресечения. 

К тому времени Антонов просидел в СИЗО почти год.

 

Заполните форму заявки и получите бесплатную консультацию юриста по уголовному праву.